В редакцию пришло письмо. Обычное, каких приходит множество. Но… Наш читатель просил подробнее рассказать о новой яхте Ленинградской экспериментальной судоверфи «ЛЭС – 22».
А это значит – мне предстояла новая встреча с автором проекта Виктором Владимировичем Чайкиным, с которым много лет назад свела нас морская стезя. Публикация о яхте в журнале появилась, а меня не отпускала мысль написать об этом интересном человеке.
И повод был солидный: недавно В. В. Чайкин отметил 60 – летие и 25 – летие работы на верфи. Познакомились мы на борту эскадренного миноносца. Молодой морской офицер Виктор Чайкин имел задатки блестящего штурмана.
Все в него было: исполнительность, точность в работе, профессиональная уверенность и человеческая доброта. Как сейчас помню его, склонившегося над картой Балтийского моря. Давно ли это было? Давно. Тридцать лет тому назад…
Отмечался в Махачкале один праздник, не обозначенный нашими календарями: в порт входили расцвеченные флагами корабли Каспийской флотилии. Это были канонерские лодки, построенные еще до революции.
Некоторые из них скроены из устаревших миноносцев, принимавших участие еще в Моонзундской операции в период первой мировой войны. Но в глазах мальчишек, заполнявших в эти дни причалы порта, канонерки казались могучими и прекрасными кораблями.
«Мар-кин», - по складам прочел название одного из них шестилетний Витя Чайкин. Уже с самого утра стоял он у трапа этого трехтрубного красавца рядом с вахтенным и рассматривал корабль.
В конце концов жгучее желание и настойчивость малыша победили – сменившийся с вахты краснофлотец взял его за руку и …
До сих пор помнит Виктор Владимирович даже отдельные детали: надраенные до блеска переговорные трубы, штурвал на мостике, ручки наведения орудий, которые ему разрешили повертеть, большой арбуз на столе в уютной кают – компании.
Так состоялось первое знакомство с кораблем. Ну а с морем он познакомился значительно раньше. Из окна дома, где жил будущий моряк и конструктор, были видны и гребни волн, и подходящие с моря пароходы, и парусные рыбачьи лодки – реюшки, на которых каспийские рыбаки промышляли осетра и белугу.
В доме Чайкиных до сих пор хранятся альбомы с детскими рисунками. Основная тематика – корабль, паруса и море. Стоят на полке и книжки детства.
«Соленый ветер» Лухманова, «Цусима» Новикова – Прибоя были прочитаны еще в десятилетнем возрасте. И хотя многого тогда не понимал, книги оставляли глубокий след в душе и памяти.
Смысл многих морских слов, таких как «пеленг», «кабельтов», «флортимберс»... стали до конца понятными только в стенах вoeннo - мopcкoгo училища. Страсть к судомоделизму тоже зародилась в детстве. В eгo комнате увидишь модели кораблей разных времен.
Больше парусных: «Caнтa - Мария» - корабль Колумба и судно Синдбада - морехода, «Золотая Лань» капитана Дрейка и балтиморский клиппер североамериканских пиратов. Есть модели военных кораблей.
Среди них, конечно же, и канонерка «Маркин», сыгравшая свою роль. А если быть еще более точным, то началось все с парусных лодок - реюшек.
У многих вытащенных на берег и перевернутых лодок в днище светились сквозные щели.
Для чего? Рыбаки отшучивались, дескать, в эти щели мы бросаем в море крошки, чтобы приманивать рыбу. Но мальчишки разгадали секрет. При выходе в море в щель вставлялся шверт: eгo называют сейчас «кинжальный».
А зачем? Сомнение разрешил пионерский журнал «Кocтep». В нем и нашелся ответ на мучивший мальчишку вопрос шверт уменьшал дрейф плоскодонных лодок и они ходили круто к ветру.
А когда первая модель, оснащенная косым парусом и глубоким килем, пошла почти против ветра и сама совершила поворот оверштаг, вocтopгy не было предела.
По - настоящему паруса вошли в eгo жизнь одновременно с началом флотской службы. Первое увольнение на берег курсант Чайкин провел на швертботе M - 20.
Бриз тянул ровно, тихо журчала под форштевнем вода, пологая зыбь плавно поднимала и опускала швертбот. Судно словно само делало повороты, легко приводилось и уваливалось, вплотную обходило стоящие на якорях корабли. Рулевому казалось, что раньше он уже мнoгo раз управлял им.
Однажды в Калининграде, проходя по реке Прегель на швертботе, Виктор Владимирович обратил внимание на торчащую из воды корму судна. Это оказалась мореходная яхта с поврежденной осколками обшивкой борта.
Яхту подняли, заделали пробоины и отбуксировали в Балтийск. В яхт - клубе ее отремонтировали, изготовили paнгoут и такелаж, заказали паруса. Так Виктор Владимирович стал капитаном крейсерской яхты «Садко».
Увлеченность парусами росла. Кaк - тo в Москве на Клязьме он увидел яхту «Звездного» класса, самую спортивную яхту тoгo времени. Не смoг пройти мимо, заинтересовался, а в Балтийск возвратился с папкой рабочих чертежей.
В библиотеке заказал книги по проектированию и постройке яхт. Часть из них была на немецком языке, так что пришлось засесть и за немецкий.
Это был первый опыт проектирования и постройки пapycнoгo судна.
А когда в конце 1960 г. Виктор Владимирович получил приказ о демобилизации, не раздумывая, направился на судоверфь ВЦСПС. Приняли eгo конструктором. Первое время приходил на работу в флотской шинели пальто еще не было, зато работа нравилась.
На верфи в то время трудились люди, имена которых вошли в историю пapycнoгo судостроения: талантливый конструктор А. П.Киселев создатель семейства самых быстроходных тогда гоночных яхт Л - 3, Л - 4, R - 5,5 и Л - 6; С. В. Витт - замечательный яхтсмен и буерист, конструктор и рабочий, воспитавший на верфи немало высококвалифицированных яхтостроителей; руководитель конструктopcкoгo бюро верфи М. Л. Порцель...
Все они охотно помогали новичку осваивать особенности проектирования яхт и спортивного судостроения, видя eгo страстное желание учиться и работать. Очень мнoгo узнал он из бесед с известным яхтенным конструктором Н. В. Григoрьсвым.
Первой самостоятельной работой В. В. Чайкина была «эмка» «Стриж» - легкий швертбот, склонный к глиссированию. В шестидесятых яхта оказалась настолько популярной, что верфь построила несколько сотен судов этого проекта.
Малая килевая яхта «Пapyc - 2» проектировалась уже с учетом возможности постройки ее и на судостроительных предприятиях, и силами любителей. Она предназначалась для плавания по озерам, рекам, водохранилищам и прибрежным морским районам и привлекла внимание яхтсменов не только в нашей стране.
Ее строили любители в Чехословакии, Польше, Болгарии. Проект яхты «Пapyc - 2» получил премию на конкурсе нто имени А. Н. Крылова в 1963 г.
Работа над проектом «Пapyc - 2» заставила задуматься, а какой должна быть идеальная яхта для путешествий по внутреиним водоемам.
Немалую роль сыграли беседы с яхтсменом адмиралом Ю. А. Пантелеевым - ярым стоpонником крейсерских швертботов.
Первый швертбот типа «Т», разработанный В. В. Чайкиным, не отличался, правда, изяществом, но был прост и надежен. Ю. А. Пантелеев, испытавший один из первых образцов, дал хорошую оценку мореходным и ходовым качествам судна. По достоинству оценили eгo и другие яхтсмены.
Начинающий конструктор всегда придерживался мнения, что только личный опыт плавания и общение с опытными яхтсменами в гонкax и дальних походах мoгyт дать необходимые данные для новых разработок.
Поэтому каждую навигацию от ранней весны до поздней осени В. В. Чайкин проводил на яхтах. Участие в гонкax на Кубок Балтики, международных peгaтax - Варнемюндской и «Дней моря» в ПНР чередовалось с походами в Выборгские шхеры, Ладожское и Онежское озера...
Традиционно - голубой с белой полосой на борту «Дельфин», спроектированный Виктором Владимировичем, оказался очень удачным. Плавания на яхтах Л-6 помогли в разработке проекта «Варяга», а затем и «Былины».
Обе эти яхты, удачно выступая на гонкax, дали материал для дальнейших разработок, результатом которых явился «Алькор», который уже мoг выходить в океан.
Впервые яхта отечественной постройки под флагoм СССР вышла в воды Атлантики, пересекла нулевой меридиан и приняла участие в международных океанских гонкax.
4000 миль прошла «Рица» в Операции Пapyc - 78 и заняла второе место в своей гpynne и седьмое в общем зачете. На Операции Пapyc - 80 экипаж занимает первое место и награждается Большим призом СТА - переходящим серебряным Кубком.
Напомним читателям, что «Рица» была обычным серийным судном Ленинградской экспериментальной верфи. Шли годы. В 1982 г. принимается решение разработать новую яхту однотонного класса, отвечающую по ходовым и мореходным качествам самым современным требованиям.
Работа поручается Чайкину, который с группой молодых специалистов через полгода подготовил коиструкторскую документацию для постройки головной яхты. Вскоре одна из серийных яхт прошла проверку на испытательном полигоне Кубка Балтики и получила положительную оценку специалистов.
Но конструктор оставался верен себе. Он по прежнему предан «тешкам», хотя уже три поколения этого класса яхт (вceгo 260 швертботов) бороздят водоемы страны.
Виктор Владимирович все эти гoды вынашивал идею и жил мечтой о создании универсальной яхты швертбота, которая представлялась ему, во - первых, гоночным и мореходным судном, а во вторых, транспортабельным и пригодным для мелководных, не оборудованных причалами акваторий.
Такое судно должно быть пригодно и для путешествий, и для гонок по внутренним водным путям. Он изучал новинки, прорабатывал на моделях форму корпуса и планировку, анализировал опыт эксплуатации швертботов существующих проектов, советовался с яхтсменами.
Разрабатывал и проверял на своем «Дельфине» различные устройства и приспособления. Так были «обкатаны» и доработаны «закрутка стакселя», патент - риф, лебедка шверта, кронштейн подвесного мотора. Казалось бы, что мудрить с конструкцией кронштейна?
Откидывается и ладно. Но Виктор Владимирович искал новое решение. Eгo кpонштейн должен, откидываясь, складываться так, чтобы подвесной мотор оказывался наверху, рядом с рулевым, чтобы можно было, не свешиваясь за борт, сменить свечу или гребной винт.
Во всем чувствовалось стремление конструктора улучшить условия управления судном и парусами. На «Дельфине», где он испытывал патент - риф, паруса полностью убирались за несколько ceкунд.
Даже в тех случаях, когда управляемый oдним рулевым без экипажа швертбот входил в гaвaнь. В результате поисков появились проекты «Cкaт – 700» и «Cкaт – 780». На основе последнего выполнен проект яхты «ЛЭС – 22», головной образец которой построен в 1984 г.
Мы сидим у рабочего стола конcтpyктopa и беседуем о том, какие же качества следует считать в яхте главными и чем определяются тpeбования к новому проекту судна? - Второстепенных качеств в яхте, наверное, нет, - говорит Виктор Владимирович.
– Ходкость, мореходность, комфортабельность, архитектурный облик… - все важно. Весь вопрос в том, как их сочетать и как их понимать. Нельзя, например, под комфортабельностью понимать обязательное наличие для каждого члена экипажа отдельной каюты с душем.
Я лично предпочитаю более скоростную яхту, даже со спартанскими условиями. Ходкость, удобство управления и безопасность плавания – вот главные условия комфорта.
Каждый новый проект вызывает к жизни новые идеи и рождает новые мысли. Наступают моменты, когда привычные нормы проектирования и технологические приемы становятся тормозом к дальнейшему совершенствованию конструкций.
Надо думать и том, каких перешагнуть, не ставя производство в трудное положение. Казалось бы, давно ли поставлен на серию однотонник «ЛЭС – 35», а он уже модернизируется: улучшается планировка, облегчается конструкция, упрочняются отдельные узлы.
Вместе с молодым конструктором Сергеем Грыбиным Виктор Владимирович проработал новый конструктивный чертеж корпуса, чертежи новых узлов и устройств.
А на очереди новая задумка: как перейти от обычного набора обшивки корпуса к монолитной, скорлупной системе? Можно не сомневаться: ответ будет найден!
Н. Гаванский.
Источник: «Катера и яхты», №123.
